Люди-супермонстры, и не только

Прогноз развития ИТ-индустрии на ближайшие пять-десять лет от немецко-японской Fujitsu-Siemens.

Fujitsu Siemens Computers — крепкий середняк. Компания вполне успешна, прибыльна, а ее менеджмент уверенно смотрит в будущее.

Fujitsu Siemens Computers — крепкий середняк. Компания вполне успешна, прибыльна, а ее менеджмент уверенно смотрит в будущее. У фирмы есть четкое представление о том, как будет развиваться ИТ-бизнес в ближайшие годы, каким образом разработка одних технологий будет влиять на внедрение других, — зачастую совсем не так, как может показаться сегодня. Об этом «Эксперт» поговорил с директором по технологиям Fujitsu-Siemens Джозефом Регером.
Идеи и воплощение

— Что вы думаете об устройствах для «цифрового дома», которые сегодня активно разрабатываются и продвигаются? Так ли они необходимы?

— Мой ответ: абсолютно точно нужны. Простейшее доказательство — сегодняшний ажиотаж в индустрии компьютерных развлечений. Вся сфера потребительской электроники сейчас ориентирована на развлечения. Конечно, если поставить вопрос иначе: «Можно ли жить без “цифрового дома”?», — то я отвечу, что жить можно и без него. Но надо иметь в виду, что люди нуждаются в развлечениях и потребители хотят получать их просто, быстро, в любое время и в любом месте. В этом смысле концепция «цифрового дома» как единого компьютера-медиацентра с подключенными к нему экранами и колонками, размещенными в разных комнатах, очень удачна.

При этом, в частности, решается очень важная проблема, связанная со сменой аудио— и видеоформатов. Вспомните, что происходило с коллекциями виниловых пластинок. После того как производители переключились на аудиокассеты, вы были вынуждены заново покупать любимую музыку, но уже на кассетах, потому что доступные виниловые проигрыватели перестали выпускать. «Цифровой дом» предполагает хранение музыки и видео на жестком диске в виде файлов. Даже если со временем форматы изменятся, вам достаточно будет лишь приобрести программу-конвертор. Все «железо» останется прежним. Таким образом, кино и музыку можно будет хранить практически вечно. Сейчас никто уже не спорит с тем, что формат MP3 революционно изменил модель потребления музыки — теперь мы можем слушать ее всегда и везде. В результате мы стали слушать ее намного больше, чем пару десятилетий назад. Распространение цифровых домов даст этому процессу дополнительный импульс.

Тут надо заметить, что «цифровой дом» — это в первую очередь информационные технологии. Именно поэтому данную концепцию наиболее активно продвигают ИТ-компании, а не производители бытовой электроники. Особенно это заметно в сфере видео, где требуются мощные компьютеры, способные одновременно обрабатывать и выводить на экраны разные видеопотоки, — тут лидерство ИТ-компаний очевидно. Но у фирм, исторически занимавшихся бытовой электроникой, есть неоспоримое преимущество: в отличие от нас они умеют делать действительно простые в управлении устройства. И сейчас мы, ИТ-компании, движемся к тому, чтобы максимально упростить наши цифровые медиацентры, убрать необходимость какого-либо администрирования и обслуживания. Однажды вы сможете купить такое устройство, не сомневайтесь! И это будет заслугой именно ИТ-компаний.

В то же время мы в Fujitsu-Siemens не собираемся превращаться в компанию, специализирующуюся на потребительской электронике. Мы будем работать только в тех сферах потребительского рынка, где можем внести существенный вклад в развитие. Конкурировать с Sony у нас не получится, да мы и не сильно хотим.

— Для рядовых потребителей компьютеров прогресс в этой сфере все менее заметен. Да, процессоры становятся быстрее, жесткие диски — более емкими, ноутбуки — легче. Ну и что? Где пролегает граница, за которой открываются принципиально новые возможности использования компьютеров?

— Этот вопрос мы уже косвенно затрагивали. Ведь почему формат MP3 приобрел такую популярность? То, что песня стала занимать всего два-три мегабайта, еще ничего не значит. Важно то, что в середине девяностых годов, когда MP3 уже был известен, в ходу были 3,5−дюймовые дискеты. А на такую дискету можно было записать лишь полтора мегабайта — песня на нее по-прежнему не входила! Поэтому MP3 выстрелил только тогда, когда появились более емкие флеш-накопители. Увеличение емкости носителя с 1,44 до 8 или 16 Мб стало настоящим прорывом — ведь теперь вы получили возможность записать на него песню, и даже не одну. Абстрактный рост емкости перешел в новое качество: возможность за один раз перенести с одного компьютера на другой сразу несколько песен, а еще чуть позже — проиграть их на ходу. Емкость превратилась в реальное развлечение, истинную ценность.

Если емкость накопителей и мощность процессоров будут расти, мы сможем «дигитализировать» еще больше самой различной информации. Значит, мы всегда сможем иметь ее под рукой. За книжкой уже не надо будет бежать в библиотеку на другой конец города, любую музыку или фильм можно будет мгновенно купить и послушать/посмотреть. С музыкой уже именно так все и обстоит, теперь очередь за видео. Но для этого потребуются еще более вместительные накопители, еще более совершенные процессоры.

Вот сейчас скептики говорят, что, мол, всех заставляют зачем-то переходить на Blu-ray и HD DVD. Ну кому нужны эти 25 или 15 гигабайт вместо привычных пяти-девяти на DVD? Но ведь тут надо смотреть не на гигабайты! Главное, что вы берете диск с фильмом в высоком разрешении, ставите его в проигрыватель, садитесь перед большим, хорошим экраном и — не верите своим глазам. Вот в чем новый уровень возможностей для потребителей. Вы начинаете видеть на картинке такие детали, о которых даже, возможно, не догадывались. При старом качестве их могло быть просто не видно. Какие гигабайты, какие гигагерцы?! Когда говорят о Playstation 3, кто вспомнит, какая частота у стоящего внутри процессора? Все смотрят на выдаваемую картинку и не могут сойти с места от восхищения. Вот он, новый уровень, — он в новых впечатлениях, заметных пользователю невооруженным глазом.

— Недавно ваша компания вышла на рынок смартфонов. Насколько приоритетно это направление? Не собираетесь ли вы через некоторое время производить и обычные мобильные телефоны, ведь это куда проще?

— Таких планов у нас нет. Ведь мы не имеем достаточного опыта в этой области и не сможем конкурировать с такими грандами, как Nokia или Motorola. Что касается смартфонов, то здесь логика такая же, как с медиацентрами для «цифрового дома»: мы решили, что в этом сегменте сможем продуктивно применять наш опыт. В данном случае — опыт в производстве ноутбуков и КПК. Поэтому появление смартфонов в линейке продуктов компании — абсолютно логичный, последовательный шаг. Мы попросту расширили коммуникационные возможности наших КПК. Наши смартфоны — это в первую очередь КПК, а не телефоны. Они и выглядят как КПК, и весят столько же, и обладают целым рядом функций, не очень-то нужных в обычном телефоне, например, GPS.

При этом никто не мешает нам уменьшить вес и размеры КПК-смартфонов, убрать из них некоторые функции и в итоге получить более легкий и удобный продукт. Но этот продукт, тем не менее, не сможет полностью заменить вам мобильный телефон.
До пяти лет

— Какие тренды ИТ-рынка на ближайшие пять-десять лет вы считаете наиболее значимыми?

— Для нашей индустрии десять лет — это целая эпоха, тут можно только гадать. А вот на пять лет уже можно что-то прогнозировать.

Начнем, пожалуй, с больших центров обработки данных (ЦОД). Тут все немного проще, поскольку у этого сегмента есть магистральный путь развития — динамические ИТ, динамические центры хранения и обработки данных. Это на уровне концепции. А на деле это будет означать, что датацентры станут совсем другими. Они будут базироваться на иных принципах, нежели сегодня, и даже выглядеть по-другому. Роль датацентров в целостной ИТ-инфраструктуре предприятий будет постоянно возрастать. Они будут решать все больше и больше задач, от хранения различных корпоративных данных до комплексной обработки данных по запросам самых разных пользователей, от бухгалтеров, подводящих промежуточные итоги, до инженеров, вырабатывающих технологическую стратегию. И все это одновременно, с разделением вычислительных ресурсов в соответствии с приоритетом задач и с учетом самых свежих данных. Естественно, эти «сердца» корпоративной ИТ-инфраструктуры должны быть защищены от вирусов, хакерских вторжений, природных катаклизмов, неполадок с электроснабжением и охлаждением. Операторы должны быть готовы в кратчайшие сроки восстановить данные. Нужны новые методики и средства управления всем этим богатством, позволяющие оперативно распределять ресурсы между задачами и приложениями и своевременно реагировать на все штатные и нештатные ситуации. И наконец, сделать все перечисленное так, чтобы издержки клиентов в итоге не росли, а снижались.

Вторая важная тенденция. Снижение цен на услуги наземных каналов связи уже привело к тому, что можно развернуть центр обработки данных не рядом с пользователями, а за тысячи километров от них, например, где дешевле электроэнергия. Уже сейчас все больше ЦОД перемещается в Индию, и скоро, по моему мнению, сюда добавится Китай. Нельзя недооценивать и Восточную Европу — немало ЦОД переезжает в Венгрию, Румынию, Словакию, на Украину. Резюмируя, можно сказать, что дешевые и доступные коммуникации дают дополнительную степень свободы.

Большие надежды мы возлагаем на третье важное направление — виртуализацию и динамическое управление инфраструктурой. Когда меня спрашивают, что такого особенного может дать эта технология конкретным клиентам, я всегда отвечаю, что теперь, чтобы нарастить производительность серверов, больше не нужно закупать дополнительное оборудование — достаточно более эффективно управлять уже имеющимся. Представьте, раньше у вас стояло в ряд несколько серверов. На первом работал Linux и база данных Oracle. На втором — FreeBSD и веб-сервер Apache. На третьем — Windows Server 2003 и почтовый шлюз Microsoft Exchange. На четвертом — Unix и какая-нибудь программа для инженерно-конструкторских расчетов. И так далее. Теперь представьте, что вашему конструкторскому подразделению потребовалось обсчитать какую-то очень ресурсоемкую задачу. Что делать? Можно, конечно, пойти в правительственный вычислительный центр и купить в нем машинное время. Но это процесс небыстрый, и чаще всего компании просто приобретают еще один сервер, ставят на нем Unix и запускают обсчет той самой задачи. Все хорошо, деньги потрачены, сервер работает. Но вот прошла неделя, расчеты завершены, но сервер-то уже куплен! Теперь он, скорее всего, будет просто ждать следующего аврала.

А будь наши серверы построены с использованием виртуализации, все было бы иначе. Они были бы объединены в единый центр, вычислительные ресурсы которого делились бы между всеми задачами. То есть буквально один процессор одну секунду мог бы обрабатывать задачи веб-сервера, вторую — перенаправлять почту, а третью — выполнять запрос к базе данных подобно тому, как это делается на обычном компьютере с многозадачной операционной системой (ОС). Только хитрость здесь в том, что ресурсы «железа» делятся не только между отдельными процессами одной и той же операционной системы, а между разными ОС. Теперь, если вам нужно оперативно предоставить дополнительные мощности под конструкторские расчеты, вы просто ограничиваете ресурсы, выделенные в нашем примере для FreeBSD и Windows (например, ночью, когда и на веб-сайт мало кто заходит, и письма мало кто пишет), и отдаете их Unix и конструкторской программе. Наступает утро, и все возвращается в привычный режим. Как видите, никакого нового «железа» в этом случае покупать не нужно: выигрыш достигается исключительно за счет более гибкого управления ИТ-инфраструктурой. Конечно, с виртуализацией пока не все гладко — поддерживаются не все ОС, есть проблемы с безопасностью. Но уже нет сомнений, что это магистральный путь развития.
Мобильник под кожу

— А менее очевидные изменения?

— Да, все эти тенденции относятся к пятилетней перспективе. Что касается десятилетнего прогноза, то тут, очевидно, мы будем сталкиваться с еще более быстрым ростом объемов информации. В цифровом виде будет храниться большая часть личных данных, начиная с рождения и заканчивая смертью человека. Что касается персональных компьютеров, то их роль, вероятно, изменится. Уже сейчас вы просыпаетесь утром и тянетесь сначала к телефону, а потом к пульту управления телевизором. А ПК включаете только на работе. Возникает вопрос: а будет ли вообще нужен привычный нам компьютер дома? Возможно, его заменят домашние медиацентры и рабочие ноутбуки? Ведь это гораздо удобнее. Дома вы смотрите кино и слушаете музыку, хранящуюся в медиацентре, подключаете к нему телефон и MP3−плеер и закачиваете на них аудио— и видеофайлы, а на работе и в командировках пользуетесь корпоративным ноутбуком. Но так или иначе грань между нашей рабочей и частной жизнью будет стираться, нравится нам это или нет. И технологии будут этому способствовать. Да что там будущее! Уже сегодня начальник может позвонить вам на мобильный телефон хоть воскресным вечером, и вы возьмете трубку. Да и я возьму. Ведь это начальник.

Возвращаясь к теме доступности телекоммуникаций, можно сказать, что будет расти популярность удаленной работы. Вы, наверное, уже и сами пробовали работать, находясь вне офиса или редакции. Сейчас многие в нашей индустрии работают над системами видеоконференций, позволяющими добиваться эффекта присутствия, когда на экране соблюдаются пропорции тела собеседника, а голос передается ярко и живо за счет нескольких специально настроенных микрофонов и динамиков, как в кинотеатре. Подводя итоги, могу сказать, что ноутбуки и мобильные телефоны в ближайшие десять лет точно не исчезнут, а вот настольные ПК, возможно, и прекратят существование в своем нынешнем виде.

Следующий шаг — имплантация цифровых устройств непосредственно в тело человека. Думаю, это станет массовым явлением уже в следующем десятилетии — начиная с 2011 года. Тогда вы уже не будете забывать свой мобильник где попало. Он будет вживлен прямо в ваше тело. Не бойтесь! У этого подхода миллион достоинств. Например, сегодня почти все компьютерные устройства оснащены дисплеями, которые не столь велики, чтобы быть комфортными, но и не столь миниатюрны, как хотелось бы. Если же устройство вживлено в тело, оно может формировать нужное изображение напрямую на сетчатке глаза, и дисплеи будут не нужны. Я убежден, что лет через пятнадцать большинство гаджетов просто исчезнет. То есть они будут существовать, но мы их не увидим — они станут неотъемлемой частью нашего тела. Ну как, вы уже достаточно напуганы?

— Предупрежден — значит вооружен.

— А я думаю, что все, о чем я рассказываю, — естественное развитие не только технологий, но и человека в целом. Когда люди впервые начали носить очки, окружающие называли их монстрами и, наверное, пугались не меньше вашего.

— Да уж. (Снимаю очки и кладу их на стол.)

— Да нет, наденьте! Ведь сейчас носить очки — это вполне естественно. Так же будет и с вживляемыми устройствами. Побоимся-побоимся, да и привыкнем к удобствам, которые они создают.

Впрочем, делать более конкретный прогноз на десять лет я бы не стал. Я даже против того, чтобы мои сотрудники задумывались о столь отдаленных перспективах. Я и сам об этом только на досуге думаю. По-моему, пустая трата времени — сидеть и гадать, что же такое может появиться через десять лет, чего сегодня даже в планах ни у кого нет? Ответ тут всегда будет один: «Вы даже представить себе не можете». Верно? Кто бы мог представить себе iPod лет десять, даже семь назад? Что появится маленький тоненький гаджет с гигабайтами памяти, хранящий внутри десятки часов музыки в отличном качестве? Простите, я пас. А вот ближайшую пятилетку, тем более три года, нужно представлять себе вполне отчетливо.

— Вернемся на землю. Недавно многие производители ноутбуков были вынуждены отозвать несколько миллионов батарей, которые оказались огне— и даже взрывоопасными. Как можно предотвратить подобные проколы в будущем?

— На этот вопрос есть два ответа. Первый — ужесточить контроль над производством, закупками, тестированием готовой продукции и т. д. и т. п. И надеяться, что это поможет. Второй — признать факт, что литий-ионным батареям, используемым сегодня в львиной доле цифровой техники, присущи некоторые фундаментальные недостатки. В частности, мельчайшие частички металлической пыли, попавшие внутрь на этапе производства, могут привести к катастрофическим последствиям — возгоранию или даже взрыву. Предотвратить это полностью мы не можем, тут нам остается надеяться лишь на удачу. Да, мы можем встраивать все более и более сложные управляющие контроллеры внутрь батарей — по сути, эти контроллеры уже и так похожи на небольшие компьютеры, — но проблемы это не решит. Лишь снизит вероятность нештатных ситуаций. И потом, в погоне за емкостью производители постоянно усложняют батареи и электроника вновь перестанет справляться с ситуацией. И так до бесконечности. Поэтому правильное решение — отказаться от литий-ионных батарей. Вообще.

Проблема безопасности не единственное, почему следует так поступить. Другая важнейшая причина — существующая технология не успевает за развитием остальных сфер ИТ. Батареи в среднем совершенствуются каждый год на 10–15 процентов, а нам необходимо, чтобы технологии развивались как минимум в два раза быстрее. Ведь компьютеры становятся все более скоростными и потому требуют все больше энергии. Поэтому, несмотря на прогресс существующей литий-ионной технологии, время автономной работы ноутбуков не увеличивается. Скорее даже сокращается. Очевидно, что рано или поздно от этой технологии придется отказаться.

Думаю, что на смену ей придут топливные элементы, которые не накапливают электрический заряд, а вырабатывают его в ходе необратимого преобразования топлива. Это было бы радикальным решением большинства существующих ныне проблем. Но пока топливные элементы питания еще чересчур громоздки для использования в ноутбуках. Думаю, ноутбуки на топливных элементах мы увидим не ранее, чем через три года.

Обсудить на форуме | опубликовано: 12.03.07