Россия 2025 - модель для сделки

Автор: Татьяна Сейранян, источник – “SmartMoney”

Пусть нефти будет все меньше, человечество без энергии не останется. Чего не скажешь о транснациональных нефтяных компаниях

Cначала взлетают до небес цены на бензин. Роскошью становятся даже малолитражки, люди пересаживаются на велосипеды. С заходом солнца темно становится и в квартирах, и на улицах: фонари и лампочки — удел бездумно расточительного прошлого. Свечная промышленность переживает бум, ведь экономия электричества — государственная политика на десяти десятых земного шара.

Это не строчки из еще не написанного фантастического романа. Такая картинка дорисовывается сама собой, когда слушаешь споры аналитиков о “пике нефтедобычи”. И хотя даже те прогнозисты, которые говорят, что пик то ли пройден, то ли будет пройден в недалеком будущем, уповают на то, что альтернативные источники энергии не приведут к всемирному блэкауту, новый, 2026 год при свечах — это сценарий, который не стоит сбрасывать со счетов.

Фатих Бироль всю свою жизнь посвятил исследованию и прогнозированию энергетической жизни планеты. За 6 лет работы в ОПЕК и 11 лет в Международном энергетическом агентстве главный экономист МЭА не растерял восточной невозмутимости: свежий выпуск “Мирового энергетического прогноза”, соавтором которого не первый год становится Бироль, полон альтернатив. Не будет бензина — будет этанол. А на крышу дома всегда можно установить солнечные батареи.

Экономисты МЭА, созданного развитыми странами — импортерами нефти, раз в год прогнозируют будущий баланс мирового спроса и предложения энергоносителей. В ноябре они предположили, что в 2006-2030 гг. баррель нефти будет стоить в среднем $54, и посоветовали снижать зависимость мира от нефти и газа с помощью перехода на уголь. Правда, это не решит проблему кардинально: в мировом энергобалансе доля угля не превысит 25% даже при самом оптимистичном сценарии. Куда более эффективный способ (не только для снижения энергозатрат импортеров, но и для снижения цен на нефть и газ) — переход на альтернативные источники.

Последние времена?

Углеводороды так долго были привлекательны просто потому, что и потребителя, и производителя устраивала их цена. Там, где добыть баррель нефти стоит $2, а продать его можно по $15, людям просто незачем искать альтернативные источники энергии. Но в последние годы старая система оценок и ценностей рушится на глазах.

Если в прошлом году страны ОПЕК закладывали в свои прогнозы, что нефть будет стоить $25-30/барр., то в этом расчеты строятся вокруг цены $40-50/барр. А значит, основные поставщики сырья будут делать все от них зависящее, чтобы не дать упасть ценам, как бывало в середине 1980-х и конце 1990-х гг. И сегодня их возможности противодействовать падению цен выше, чем в предыдущие десятилетия: быстрый экономический рост в густонаселенных развивающихся странах гарантирует устойчивый спрос на энергоносители. Темпы его роста, по оценке МЭА, вряд ли упадут в ближайшее двадцатилетие.

Главный вопрос — не отстанет ли от спроса предложение.

50 лет назад американский геолог Мэрион Кинг Хубберт предположил, что пик производства нефти придется на конец первого десятилетия XXI в. Заодно он довольно точно предсказал, когда пик нефтедобычи будет пройден в континентальной части Соединенных Штатов — 1965-1970 гг. (на самом деле — в 1971 г.). Мэттью Симмонс, в недавнем прошлом советник президента Буша-младшего по энергетике, подсчитал, что пик производства нефти в Саудовской Аравии пришелся на 2005 г. Кембриджская ассоциация энергетической информации (CERA) успокаивает: пика нефтедобычи не стоит ждать минимум до 2030 г., аналитики CERA видят как минимум 3,74 трлн барр. Хубберт полвека назад насчитал под землей лишь 1,2 трлн барр.

Бироль не согласен с паникерами. “Саудовская Аравия сохранит первенство в производстве и экспорте нефти даже в 2030 г., — прогнозирует он. — Разведанных запасов при сегодняшних темпах потребления хватит еще минимум на 42 года. А неразведанных пока и вовсе вдвое больше, чем уже добытой нефти”.

Важно другое — насколько выгодно будет их разрабатывать.

В странах, не входящих в ОПЕК, нефтедобыча, по расчетам МЭА, достигнет пика уже в этом десятилетии. Ситуация с газом не намного лучше: производство газа в Европе уже пришло к своему пику, на очереди — США. Так что к 2015 г. газ и нефть будут поступать на мировой рынок в основном из очагов нестабильности — с Ближнего Востока, из Африки и стран бывшего СССР.

Это плохой сценарий для глобальных нефтяных компаний: ExxonMobile, Shell, BP и т. д. Две трети нефти на мировой рынок будет поступать из стран, которые всегда были закрыты для иностранных инвесторов в нефтянку (Мексика, Кувейт, Саудовская Аравия) или активно закрываются как раз сейчас (Алжир, Катар, Россия и Венесуэла). “Количество нефтяных месторождений, контролируемых глобальными компаниями, в ближайшие годы уменьшится: национализация будет набирать обороты”, — убежден экономист.

“Скупые рыцари”

Чахнуть над нефтяными запасами — не оптимальная стратегия, полагает Бироль. Нефтяной национализм может дорого обойтись странам-экспортерам. “Комфортная жизнь производителей не застрахована на все 100% высокими ценами на энергоносители, наоборот”, — убеждает Бироль. Поддерживать управляемую напряженность на рынке — значит подталкивать потребителей к инвестициям в энергосбережение и альтернативную энергетику. С появлением надежных и дешевых альтернативных технологий вернуть долю рынка производителям нефти и газа станет слишком сложно.

Быстрее всего альтернативная энергетика, по мнению Бироля, будет развиваться в таких странах, как Индия и Китай, которые как раз и подтолкнули рост цен на углеводородное сырье. В развивающихся странах рабочая сила дешевле, не так развита инфраструктура, поэтому электростанции еще только предстоит построить — и можно заранее “заточить” их под неуглеводородные энергоносители. Прорывные технологии по выработке альтернативной электроэнергии могут стать хорошим вложением для свободных средств в Китае. Аналитики Rand Corporation ожидают динамичного освоения новых технологий и в развитых странах: по их прогнозу, в США при сохранении сегодняшних цен на нефть к 2025 г. доля моторного топлива, получаемого из возобновляемых источников энергии, вырастет с 6 до 25%.

Но самый интенсивный рост произойдет в ядерной энергетике. Ядерные реакторы, как грибы, начнут расти во всех странах вопреки фобиям экологов и специалистов по нераспространению оружия массового поражения. Членам привилегированного ядерного клуба придется смириться с быстрым ростом его рядов.

Уступить, чтобы победить

Гонка энергетических технологий — не единственный сценарий мирового будущего. Еще есть время его переписать. Для этого нефтедобытчикам надо пойти навстречу потребителю: нарастить поставки на рынок и снизить цены. Точных оценок Бироль избегает — гибкость нужна не только экспортерам, но и аналитикам: “Никто не просит экспортеров опускать цены на нефть до $10-15 за баррель — надо найти золотую середину между этой ценой и сегодняшней”.

И, конечно, импортеры хотят иметь гарантии, что энергоносители будут поставляться в нужном объеме и в срок. Здесь, по мнению Бироля, многое зависит от России. Если страна хочет сохранить свои позиции на газовом и нефтяном рынках, ей нужно выполнить несколько условий: подписать Энергетическую хартию в нынешнем виде, навсегда закрыть дебаты по поводу создания газовой ОПЕК и не препятствовать альтернативным проектам строительства трубопроводов из стран Центральной Азии в Европу. Плюс — допустить иностранных инвесторов к разработке российских газовых месторождений. Без многомиллиардных капиталовложений “Газпром” преодолеет пик добычи уже в этом десятилетии. Самостоятельно разрабатывать заполярные месторождения обремененной долгами монополии не под силу. “Инвестиции в добычу газа в мире до 2030 г. должны составить не меньше $3,9 трлн, — объясняет Бироль. — Довольно большая часть из них приходится на долю “Газпрома”, причем это только на поддержание нынешних объемов производства”.

Софочка согласна, осталось уговорить принца Кентского.

Обсудить на форуме | опубликовано: 29.11.06